Коротко
- Эрнст Теодор Амадей Гофман родился в Кёнигсберге в 1776 году и учился в местном университете, Альбертине, в те годы, когда там читал лекции Кант.
- Сказку «Щелкунчик и мышиный король» он написал в 1816 году — за семьдесят с лишним лет до балета, по которому её знают сегодня.
- Балетный и книжный Щелкунчик — разные вещи: в книге куда больше странного, тёмного и смешного одновременно.
- Дома Гофмана в городе нет: довоенный Кёнигсберг в этом районе не сохранился.
- Практика домашняя, но у неё есть вторая часть — прогулка на следующий день, уже с прочитанным в голове.
Обновлено сентябрь 2026 · Автор: Настя Шафранова · 7 мин чтения
Практика занимает два вечерних часа и делается с декабря по февраль. Вы берёте один текст Гофмана, лучше «Щелкунчика и мышиного короля» целиком, устраиваете дома тёмный вечер с одной лампой и читаете — в одиночку или вслух кому-то. После чтения выписываете одну фразу, которая не похожа ни на что из пересказов. На следующий день идёте гулять по центру города с этой фразой в голове. Из вещей нужны книга, лампа и два часа, в которые вас никто не трогает.
Сказка, которую все знают и почти никто не читал
Про Щелкунчика знают все. Ёлка, мыши, бой, принц, вальс цветов. Этот сюжет приходит к человеку через балет, мультфильм, открытку и витрину и укладывается в голове как что-то уютное и гладкое.
Книга, с которой всё началось, совсем другая.
В ней есть девочка, которая режет руку о стекло шкафа, есть семиглавый мышиный король, требующий дань сахаром, есть длинная вставная история про принцессу, которую заколдовали в уродку, и есть Щелкунчик — деревянная игрушка с непропорционально большой головой, которую жалко именно потому, что она некрасивая.
Автор этой книги родился здесь.
Кто он был
Эрнст Теодор Амадей Гофман родился в Кёнигсберге в 1776 году. Учился в местном университете, Альбертине, — в те же годы, когда там читал лекции Кант. Работал юристом, писал музыку, рисовал карикатуры, за которые получал неприятности по службе, и всю жизнь считал себя прежде всего композитором. Умер в Берлине в 1822 году.
Литературой он занимался в основном по вечерам и ночам, после присутственных часов. «Щелкунчик и мышиный король» вышел в 1816 году — за семь с лишним десятилетий до балета, который сделал эту историю всемирно известной и заодно спрямил в ней всё, что было неровного.
Дома его в городе нет. Район, в котором он родился, довоенного Кёнигсберга не пережил. Искать адрес бессмысленно, и это стоит знать заранее: практика поэтому и устроена как домашняя, а не как прогулка по местам.
Почему это зимний текст
Гофмана можно читать в любое время года, но зимой с ним происходит что-то отдельное, и причина простая.
Его истории построены на том, что при дневном свете мир выглядит обыкновенно, а в темноте у знакомых предметов появляется вторая жизнь. Часы, шкаф, кукла, дверной молоток. Это работает только там, где темнота действительно есть, — не как метафора, а как состояние за окном с четырёх часов дня.
Здешняя зима даёт ровно это условие. Пятнадцать часов темноты в сутках, мокрые окна, жёлтый свет в комнате и полная тишина после шести.
Поэтому верхний свет лучше выключить. Не ради настроения, а потому что текст рассчитан на такое освещение.
Вслух
Второе условие — читать вслух.
В начале девятнадцатого века чтение вслух было нормой: книги читали семьёй, по вечерам, по очереди. Гофман писал, держа это в голове, и следы видны в самом тексте: он постоянно перебивает сам себя, обращается к слушателю, вставляет замечания в скобках, меняет темп.
При молчаливом чтении глазами всё это проскакивает. При чтении вслух оказывается, что текст местами откровенно смешной — и это последнее, чего ждёшь от готической сказки.
Читать можно кому угодно: ребёнку, второму взрослому, коту. Можно самому себе — это чувствуется странно первые десять минут и перестаёт чувствоваться после.
Одна фраза и следующий день
После чтения выпишите от руки одну фразу. Не самую важную, а ту, которая совсем не похожа на пересказ, который вы знали до этого.
А на следующий день выйдите гулять по центру с этой фразой в голове — и поищите не дом Гофмана, а то, что могло бы оказаться в его тексте. Дверной молоток. Окно с горящей лампой на третьем этаже. Витрина часовой мастерской. Кованая решётка, в которой узор внезапно похож на лицо.
Такие вещи есть в любом городе, но замечают их только под конкретным углом зрения. Прочитанный накануне текст этот угол и задаёт.
Это и есть вся практика: книга даёт оптику, город даёт материал.
Практика: один вечер и одно утро
- Возьмите полный переводзаранее
«Щелкунчик и мышиный король» целиком, не пересказ для малышей. Пересказы убирают именно то, ради чего стоит читать.
- Выключите верхний светвечером
Одна лампа. Это не оформление, а условие, при котором текст устроен.
- Читайте вслухдва часа
Даже если вы один. Половина интонации Гофмана слышна только голосом.
- Прочитайте за один вечербез перерывов
Разбитая на четыре дня сказка теряет темп и распадается на эпизоды.
- Выпишите одну фразусразу после
От руки, на бумаге. Ту, которая не похожа ни на один знакомый пересказ.
- Идите в город на следующий деньднём или в сумерках
С этой фразой в голове. Не искать адрес, а искать угол зрения.
- Найдите три предметапо дороге
Дверной молоток, окно, витрину, решётку — что угодно, что могло бы быть в его тексте.
Три версии практики
Короткая, сорок минут
Прочитать вслух одну главу, ту, где начинается бой с мышами. Даже этого хватает, чтобы понять разницу между книгой и балетом.
Полная, вечер и утро
Сказка целиком за один вечер, выписанная фраза, прогулка на следующий день с тремя найденными предметами.
Долгая, вся зима
Читать зимой по одному его тексту в месяц: «Щелкунчик», «Золотой горшок», «Песочный человек», «Крошка Цахес». К марту становится видно, что всё это про одно и то же — про человека, который видит в обыденном второй слой и из-за этого плохо уживается с окружающими.
Что останется
Маленький ритуал: зимний вечер с одной лампой и книгой вслух. Он переносится на любой текст и оказывается неожиданно устойчивым — его хочется повторять.
И ещё останется список из трёх городских предметов, увиденных под чужим углом. С этого обычно начинается собственный взгляд на город, а не пересказанный.
Один вопрос после практики: какую знакомую с детства историю вы знаете только в пересказе?
Эта практика подойдёт вам, если
- вы знаете Щелкунчика по балету и мультфильму, но не читали
- вы ищете, чем занять длинный зимний вечер, кроме сериала
- вы живёте в Калининграде и хотите понять, что в нём осталось от его писателя
- вам нравится читать вслух, но не для кого
- вы приехали зимой и хотите домашний вечер с местным содержанием
Маленькие хитрости
- Читайте вслух, даже если вы один. Гофман писал для чтения вслух, и половина его юмора слышна только так.
- Выключите верхний свет и оставьте одну лампу. Это не украшение вечера, а условие, в котором текст работает.
- Начинайте с «Щелкунчика», а не с «Золотого горшка»: он короче и знакомее, и разница с балетом видна сразу.
- Читайте целиком за один вечер. Разбитая на четыре дня сказка теряет темп.
- Детям от шести лет это идёт хорошо, но не берите пересказы для малышей — они убирают именно то, ради чего стоит читать.
- Выпишите одну фразу от руки. Через месяц вы вспомните вечер именно по ней.
- Если Гофман не пошёл — возьмите «Песочного человека», но не читайте его перед сном ребёнку.
- Не ищите в городе дом Гофмана. Его нет, и честнее искать не адрес, а то, что могло бы стоять в его тексте.
Частые вопросы
Кто такой Гофман и при чём тут Кёнигсберг?
Эрнст Теодор Амадей Гофман — немецкий писатель, композитор и юрист, родился в Кёнигсберге в 1776 году и учился здесь в университете. Умер в Берлине в 1822 году. Сказка про Щелкунчика — его.
Чем книга отличается от балета?
Почти всем, кроме имён. В книге больше странного и жутковатого, есть длинная вставная история про принцессу Пирлипат, а сам Щелкунчик — не романтический герой, а уродливая игрушка, которую жалко.
Есть ли в городе дом Гофмана?
Нет. Район, где он родился, не сохранился после войны. Памятные знаки в городе есть, а дома нет, и это стоит знать заранее, чтобы не искать несуществующее.
Подходит ли это детям?
Лет с шести-семи и в полном переводе, а не в пересказе для малышей. «Песочного человека» на ночь детям читать не стоит вовсе.
Обязательно ли читать вслух?
Не обязательно, но так заметно лучше. Гофман работал с интонацией и с перебивками, и в молчаливом чтении половина этого проходит мимо.
Заказать экскурсию
Напишите мне прямо сейчас или позвоните.
Открытка на память
Четыре открытки А6 на одном листе А4 — распечатать дома и взять с собой
Кованая решётка, в которой узор внезапно похож на лицо.
Калининградское море
Вечер с Гофманом
kgdmore.ru
t.me/nastyashafranova
Читать дальше
Прогулка Канта
Как прожить короткий день